Валентина и Спайк

Валентина рассказывает историю жизни со Спайком, английским кокер-спаниелем, который попал к ней щенком и быстро стал частью семьи. Сначала он казался очень удобной собакой, но постепенно проявились сложности:

— сильная возбудимость
— тяга ко всем собакам на улице
— беспорядочный лай
— трудности с гостями
— потребность в чётком режиме

Главная тема — длительная работа с сепарационной тревогой Спайка, особенно связанной с уходом молодого человека Валентины. Описывается путь от попыток справиться самостоятельно и неудачного курса до системной работы с кинологом, тренировок расслабления, видеонаблюдений, постепенного увеличения времени одиночества и медикаментозной поддержки по рекомендации неврологов.

Отдельно показано, как изменилась жизнь Спайка за последний год:

— переезд из города в частный дом
— спокойные прогулки
— дружба со второй собакой
— занятия ноузворком, фризби и танцами
— подготовка к путешествиям
— работа с реакцией на людей

Это история о том, как знания, терпение и внимательное отношение к состоянию собаки помогают постепенно решать даже очень сложные поведенческие проблемы.

Меня зовут Валентина, мне 27 лет, я работаю музыкальным менеджером. Я очень активный и творческий человек, и мой образ жизни связан с этим. Сейчас я развиваю свой бренд «Собачьи амуниции». С детства у нас дома всегда были собаки, чаще всего две, что сформировало мою большую любовь к животным и желание иметь свою собственную собаку.

Мою собаку зовут Спайк, это английский кокер-спаниель, ему сейчас 2 года и 2 месяца. Спайка купили у заводчика мои знакомые, и мы познакомились с ним, когда он был совсем маленьким щенком. В первый месяц его пребывания дома его не хотели оставлять одного, поэтому мы с моим молодым человеком по очереди сидели с ним, чтобы он не оставался один.

Через несколько месяцев нам отдали Спайка, потому что стоял выбор: либо мы забираем его на передержку на несколько месяцев, либо его отправляют в другой город, и неизвестно, что с ним там будет. Мы приняли решение забрать его к себе.

С первого дня Спайк вел себя так, будто всегда жил с нами. Он был очень комфортным в быту: не грыз вещи, быстро научился ходить в туалет в одно место. Мы легко вписали его прогулки в наш рабочий график, так как оба работали удаленно с возможностью гибкого расписания. В квартире быстро появились его игрушки, лежанка и миски, и через несколько дней у него уже было ощущение, что он живет с нами всегда.

Первая сложность заключалась в том, что Спайк был очень любопытным. Улица была для него безумно интересна, он тянулся везде, рвался вперед, хотел быстрее и больше всего нового. К тому же амуниция, которую нам отдали вместе с ним, была неудобной, поэтому мы заменили её и учились гулять на поводке, не рваться вперед.

Долго не могли перейти к прогулкам по улице, так как за домом была большая зелёная территория, где собирались все собачники. Днем там никого не было, а по вечерам собирались многие. Мы гуляли в основном там, совершая три прогулки в день, с редкими выходами на шумную улицу, чтобы не перегружать Спайка, который изначально сильно тянулся везде.

Спайка интересовало всё, что валялось на земле: фантики, бумажки, всё нужно было понюхать и попробовать. Мы отработали команду «не подбирать» достаточно быстро. Я специально не применяла строгих методов, просто каждый раз говорила ему, что нельзя есть бумажки, и старалась переключать его внимание. Он всегда получал похвалу за правильное поведение.

Другая сложность была в том, что Спайк проявлял интерес ко всем собакам, даже если они находились далеко. Он тянулся к ним, скулил, если не давали подойти. Мы работали с этим разными способами: отрабатывали команды, постепенно позволяли ему больше общаться с другими собаками. В итоге мы разделили прогулки: утренние и дневные были более спокойными и без других собак, а вечерние — с большим количеством общения с собаками.

У нас возникла серьёзная проблема с абсолютно беспорядочным лаем Спайка, которая длилась несколько месяцев. При этом мы специально не предпринимали активных мер, так как у нас редко бывают гости, и ситуации, когда Спайк мог лаять дома без причины, практически не возникали. Основной лай происходил на улице.

Мы решили проблему следующим образом: никогда не запрещали Спайку лаять. Если он хотел громко лаять — пусть лает, будь то курьер или шум за окном. Однако каждый раз, когда он молчал, мы его хвалили и говорили, что он молодец. Позже мы начали подкреплять молчание вкусняшками. Лай сохранялся на звонки и при появлении гостей.

Когда к нам приходили гости, находиться дома с ними было практически невозможно: Спайк кричал очень активно, иногда до двух часов подряд, лез к гостям и усиливал лай. Для решения этой проблемы мы придумали конкретный ритуал встречи гостей. Пока человек ещё находился в дверях, Спайк полностью обнюхивал его. Затем я кидала вкусняшки за гостя, Спайк обходил человека, ел угощения, возвращался и снова обнюхивал гостя, после чего возвращался ко мне.

После этого гость садился и разрешал Спайку себя облизывать. Когда Спайк облизывал гостя, я давала ему долгую игру с покрывалом, специально расположенную рядом с гостем — либо в ногах у человека, либо на коврике Спайка. Со временем такой подход помог значительно снизить беспорядочный лай.

Конечно, не все гости были готовы терпеть такой шум, но те, кто соглашался, до сих пор вызывают у нас огромную благодарность. Благодаря этим отработкам Спайк стал вести себя гораздо спокойнее.

Из-за появления собаки со мной перестало общаться достаточно много людей, которые раньше считались моими друзьями. Это было тяжело принять, но со временем я проработала эти чувства, перестала обижаться и не держу зла на них, понимая и уважая их выбор. Такое тоже может случиться.

Спайк — легко возбудимая собака, и нам потребовалось время, чтобы понять, какой режим дня ему необходим. Мы искали способы грамотно выстроить распорядок и ритуалы, которые помогали бы ему оставаться спокойнее, обеспечивали баланс между нагрузками и сном, а также облегчали нашу жизнь.

Мы пробовали разные варианты и в итоге пришли к тому, что жить по чётким ритуалам для Спайка гораздо легче, чем без них. Мы ритуализировали практически все наши действия. Со временем от этого подхода мы немного отошли, но на первых этапах он значительно облегчал жизнь с собакой.

Самой большой сложностью стала сепарационная тревога Спайка по отношению к моему молодому человеку. Это было очень тяжело, и мы до сих пор продолжаем работать над этой проблемой. На момент выхода этого интервью процесс длился более полутора лет.

Поскольку мы оба работаем в музыкальной индустрии, мне приходилось уходить на много часов — с утра до позднего вечера. Такие уходы случались нечасто, буквально несколько раз в месяц или даже реже. Впервые, когда мой молодой человек надолго ушёл, собака Спайк вёл себя так, будто меня дома вообще не существует. Он выл, кричал, пытался что-то съесть или схватить, царапал дверь, бесконечно копал, зарывался куда-то и бегал по квартире. Он очень много выл и плакал, не реагируя ни на мои слова, ни на действия, словно меня не было рядом. Это было очень страшно — остаться с ним в таком состоянии.

Так мы поняли, что у Спайка сепарационная тревога. Я начала много изучать эту проблему и вообще углубленно разбираться в собачьих вопросах. Сначала я не сразу поняла, что именно сепарационная тревога связана с уходом молодого человека. Были предположения, что это страх одиночества, неспособность оставаться одному или просто скука. Эти знания были поверхностными. Пока я разбиралась, эпизоды тревоги повторялись снова и снова. Даже когда молодой человек уезжал на два часа в кино, Спайк проявлял те же симптомы.

Я пыталась отвлечь его едой и игрушками, но он не реагировал. Тогда я купила первый курс по страху одиночества, но он оказался мошенническим — деньги были потрачены зря, помощи не было, и никто не собирался возвращать средства или работать с нами дальше. Это меня очень расстроило, и я продолжила искать другие курсы и изучать проблему самостоятельно.

С зимы 2024 года мы вообще не оставляли Спайка одного. Мы жили на доставках продуктов и всего необходимого, не выходили из дома, кроме прогулок и тренировок. Ситуация со мной была проще: я могла выйти, и Спайк сначала побесился, а потом успокаивался. С молодым человеком так не получалось, и он устал от постоянного присутствия дома. Этот период длился больше полугода.

Тренировки начинались с самых простых задач — чтобы Спайк хотя бы на секунду оставался в другой комнате с открытой дверью. Мы постепенно учили его находиться в разных комнатах, затем обесценивали ключи, одежду и другие предметы, связанные с прогулкой. Только после этого перешли к тренировкам с закрытыми дверями, чтобы он мог спокойно находиться один в комнате. Советы про обустроенное место и игрушки не помогали.

Когда Спайк научился оставаться один в другой комнате, мы начали выходить за дверь на несколько секунд. В течение полутора-двух месяцев выходы длились 2-3 секунды, после чего мы возвращались. Реакция Спайка была бурной: он прыгал, гавкал, мог описаться от радости. Мы не ругали его за это, понимая, что это часть процесса.

Недавно я подключила кинолога. Изначально не было финансовой возможности, а после неудачного курса было страшно доверять другим специалистам. Я выбирала кинолога очень тщательно, следила за её соцсетями несколько месяцев. Зимой мы начали работать с ней, и процесс пошёл быстро и успешно. Кинолог отметила, что мы создали хорошую базу, но основная работа сводилась к тренировке выдержки и ожидания лакомств, что не давало эффективного результата.

Параллельно я продолжала обучение сама. В школе «Благополучие Спак» вышла лекция по ситуационной тревоге, которая сильно помогла. Мы стали работать системно: я снимала видео с разными этапами поведения Спайка — до сборов, после них, во время ухода и возвращения, в моменты расслабления. Ранее расслабление мы тренировали только на улице, на лавочке, где Спайк в конце прогулки садился и отдыхал перед возвращением домой. Дома расслабления не было, и только при работе с кинологом мы начали тренировать расслабление в домашних условиях.

С апреля я занимаюсь со Спайком самостоятельно по программе работы с сепарационной тревогой. Мы перешли рубеж в 10 минут одиночества, тренировали выдержку от 10 до 15 минут. Сейчас начинается этап увеличения времени до 30 минут.

У Спайка наблюдается очень хороший прогресс. Он отлично отрабатывает тренировки и проявляет высокую работоспособность. В целом тревожность, связанная с сепарационной тревогой, у него значительно снизилась. Например, сейчас он почти не реагирует на прохожих на улице или реагирует гораздо меньше, чем раньше. Общий фон тревожности у него тоже заметно уменьшился.

Большую помощь в этом оказало медикаментозное лечение. Мы начали курс флуоксетина еще за месяц до начала работы с кинологом, но только по рекомендации неврологов. Консультации проходили с двумя специалистами — одна очная и одна онлайн. После согласования мнений неврологов мы подключили медикаментозную поддержку, и это действительно сильно помогло. К счастью, у Спайка не возникло побочных эффектов от флуоксетина. В настоящее время он не принимает препарат, также по совету невролога.

За время работы с сепарационной тревогой и подключения методов расслабления мы достигли того, что Спайк может оставаться один в другой комнате даже в течение дня. Он уходит туда, чтобы отдохнуть или поиграть с игрушками. Теперь он может ночью не спать со мной, а выбирать любое место в доме для сна. Это большой прогресс.

Сложности, с которыми мы столкнулись с самого первого дня, когда Спайк появился у нас, были значительными. Мы, возможно, даже неосознанно прорабатывали все, чтобы он стал таким хорошим компаньоном.

Еще одна сложность, которую я вспомнила, связана с понятием «собака-компаньон» — это собака, которая всегда рядом с человеком и ориентирована на него. В реальной жизни это оказалось проблемой. Тяжело, когда собака не может оставаться одна и нуждается в постоянном взаимодействии с человеком.

Мы полностью приучили Спайка ко всем гигиеническим процедурам. Единственная небольшая сложность осталась со стрижкой когтей, но мы продолжаем работать над этим. Раньше он категорически не давал трогать уши, постоянно отдергивался и мог даже прикусить руку. Позже мы выяснили, что у него болело ухо, оно было воспалено. После лечения ситуация улучшилась, и сейчас он спокойно позволяет капать лекарства и не реагирует на прикосновения к ушам.

В целом Спайк спокойно переносит чистку зубов, вычесывание и мытье.

На данный момент Спайк — очень комфортная собака, за исключением одного момента: у него сохраняется реакция на людей. Он может делать выпады, рычать и лаять на человека, особенно если тот идет прямо на нас или пытается взаимодействовать — поздороваться или задать вопрос.

Дети для него остаются непонятными, но проблема с велосипедистами и самокатчиками исчезла. Основная сложность — это люди в городе, которые не обходят нас стороной, несмотря на мои сигналы, что лучше пройти мимо. Особенно в людных местах Спайка это сильно напрягает, и он может проявлять агрессию.

Мы сейчас работаем с этой проблемой. Я прохожу обучение у Юлии Подкосовой на курсе «Агрессия от А до Я», чтобы научиться справляться с такими реакциями.

В процессе обучения рассматриваются агрессивное поведение, тревожность, возбудимость, реактивность и все виды реакций собаки. На момент записи интервью обучение длилось всего две недели, поэтому работа с реакцией на людей только начиналась.

Сложность заключается в том, что несмотря на применение различных протоколов расслабления и снижение общего уровня тревоги, у Спайка сохраняется высокий уровень возбуждения. Например, если мы приезжаем на машине в кофейню без предварительной прогулки между машиной и заведением, у него возникает сильная реакция.

Чтобы справиться с этим, после поездок на машине мы много гуляем, и только после этого заходим в заведение. Также проводится работа с адаптацией к поездкам на машине, которая у Спайка пока не отлажена идеально, но уже значительно лучше, чем изначально.

Для коррекции реакции на людей я стараюсь не подводить Спайка близко к людям и избегать людных мест, обходя людей на больших дистанциях. Если человек идет прямо на нас, мы переходим на другую сторону улицы, увеличивая дистанцию. В таких условиях Спайк чувствует себя комфортно и не реагирует.

Тем не менее, реакция на людей не мешает нам путешествовать, посещать заведения и гулять. Однако для того, чтобы Спайк не зацикливался на этих реакциях и не проявлял их, я записалась на курс, чтобы работать с этим аспектом.

За последний год мы внедрили несколько важных изменений в жизни Спайка. Среди них — саппорционка, устранение бесконечного лая и работа с реакцией на людей. Также мы начали посещать различные заведения, чего раньше не делали.

Я ввела так называемые социальные прогулки — короткие, около 15-20 минут, выходы в город, где Спайк социализируется и учится меньше реагировать на раздражители.

Самым значимым изменением стал переезд из города в частный дом. В городской среде Спайку было тяжело из-за его возбудимости и тревожности. Сейчас мы живем в доме моих родителей, где строим второй дом для себя со Спайком.

В доме родителей живет еще одна собака — девятимесячный щенок немецкой овчарки по кличке Вулкан. Спайк и Вулкан отлично ладят и стали партнерами для совместных прогулок.

Еще в городе мы начали водить параллельные прогулки с другими собаками. Все собаки, с которыми мы знакомились для таких прогулок, хорошо взаимодействовали: бегали без поводков, изучали территорию, играли и занимались своими делами. Это было удачное и редкое совпадение, так как не всегда бывает так.

Я боялась, что с Вулканом может не сложиться, но все прошло отлично. Сейчас Спайк и Вулкан гуляют вместе, а я постепенно отпускаю контроль, позволяя им свободно бегать, играть или просто заниматься своими делами.

Переезд в частный дом положительно сказался на поведении Спайка. В городе после вечерней прогулки он мог долго возбужденно бегать, копать и проявлять излишнюю активность. Сейчас после прогулки и вечерних ритуалов он спокойно ложится отдыхать, что является значительным улучшением.

Время прогулок значительно увеличилось. В городе утренняя прогулка длилась 5-15 минут, максимум до получаса летом, из-за того, что Спайк сильно возбуждался от количества людей и встреч с другими собаками. В частном секторе прогулки проходят спокойно, мы можем встретить за день одного человека или никого, и Спайк гуляет с удовольствием, сам показывает, когда хочет идти домой.

Это улучшает коммуникацию между нами и способствует его спокойствию.

За последний год мы начали заниматься со Спайком различными активностями для интеллектуальной нагрузки и развития. Занятия проходят не профессионально и не по дисциплинам, а для собственного удовольствия и развития собаки.

Мы занимаемся ноузворком — поиском запахов, что очень нравится Спайку. Ему нравится искать вкусняшки и целевые запахи с помощью нюхательных игрушек.

Также мы играем в фризби и недавно начали заниматься танцами, обучая трюкам, из которых собираем танцевальные композиции.

Эти занятия не ежедневные, но приносят удовольствие и способствуют развитию Спайка.

Если возникает необходимость нагрузить собаку, выбирается одно из занятий, которое ей нравится. Например, при хорошей погоде на улице можно играть с фризби. Спайку очень нравится фризби, и я хотела бы продолжить обучение с ним. У него есть небольшая проблема с ощущением собственного тела в пространстве, хотя это мое субъективное мнение. Мне кажется, что обучение трюкам и прыжки за фризби помогают собаке лучше чувствовать свое тело в пространстве. После того как мы выучили танцевальную связку, у Спайка с этим стало гораздо лучше.

За последний год мы значительно расширили количество путешествий в нашей жизни. Спайк хорошо переносит поездки на поездах. Скоро у нас будет первый полет на самолете, и я заранее готовлю его к этому. Летом мы планируем посетить аэропорт, чтобы познакомить Спайка с этим местом, дать ему время привыкнуть. Это сложный процесс, но я считаю, что он поможет легче перенести день полета.

Первый раз я заметила, что Спайку нравится изучать новые места, когда вместо обычной прогулки мы поехали в Парк трехсотлетия. Там он не обращал внимания на людей и другие раздражители, а был занят изучением песка и волн, трогал их лапами, нюхал и играл. Это показало, что он, как и я, любит новые впечатления. Мы начали путешествовать: это могут быть короткие поездки, например, Питер-Москва, или большие, как поход в Приэльбрусье. Для поездок на поезде мы тоже адаптировали Спайка: если ему становится некомфортно, он может спрятаться в большую переноску. Перед поездом мы возили его в метро, чтобы он понял, что это такое.

За последний год я также ввела использование многоразовых пелёнок. Ночью Спайк ходит в туалет один раз, и многоразовые пелёнки стали для меня настоящим спасением. Раньше я использовала одноразовые, но многоразовые оказались гораздо удобнее.

С переездом в дом мы добавили дополнительный гигиенический выход между дневной и вечерней прогулкой, примерно в 19:30. Это помогает поддерживать режим и гигиену.

В ретроспективе я понимаю, что у Спайка был упущен процесс социализации. Он болел паразитами и долгое время находился дома, не выходя на улицу даже на руках. В этот период у него закрылось окно социализации, что объясняет часть наших сложностей в поведении.

Кроме того, я узнала, что с ним плохо обращались предыдущие хозяева. Спайка держали в клетке, накрывали тряпкой, чтобы он не гавкал, и били тряпкой. Это вызвало у него беспорядочный лай, так как лай был единственным способом привлечь внимание. Я случайно выяснила об этом, когда стала мыть полы старой тряпкой, и Спайк сжался и спрятался под диван, обходя тряпку стороной. Это было очень тяжело эмоционально, но помогло понять причины его поведения и выстроить дальнейшую работу.

Раньше у нас всё строилось по ритуалам, так было проще со Спайком. Сейчас я даю ему больше свободы и уменьшаю количество повторяющихся ритуалов. Наш день начинается в 10 утра, каждый день в одно и то же время. С наступлением тепла я планирую сдвинуть время подъёма на 9 утра.

После пробуждения я завтракаю, и мы идём на утреннюю прогулку. Она спокойная и размеренная, длится от часа и больше, в зависимости от погоды, состояния Спайка и количества раздражителей на улице. После прогулки мы кормим Спайка, и он отдыхает от 30 минут до часа, иногда досыпая.

Около 14:00 у нас проходят тренировки по преодолению сепарационной тревоги с интервалами 10-15 минут. В последнее время мы также занимались танцами, отрабатывая финальный танец по 5-10 минут за занятие.

После тренировок Спайк занимается своими делами, а я работаю. Когда он спит, я тоже продолжаю работать. В 15:30 мы выходим на дневную прогулку, которая тоже достаточно долгая. Часто это совместная прогулка со второй собакой, Вулканом. Они бегают без поводков, изучают пространство и занимаются своими делами, а я стараюсь их не контролировать.

Иногда дневная прогулка проходит в новом месте. Например, недавно мы были на разливе, где наблюдали за парапланами. Такие прогулки дают новые впечатления и разнообразие.

После дневной прогулки Спайк возвращается домой, получает кормление и сам идёт отдыхать. Он может спать ещё полтора часа, часто в глубокой фазе сна, особенно после активной прогулки. Затем он просыпается.

Если днем не было тренировки сепарационной тревоги, то вечером она обязательно происходит. Это ежедневная практика, за исключением выходных — у нас их два. Во все остальные дни мы тренируем сепарационную тревогу.

После такой тренировки Спайк может немного отдохнуть или заняться своими делами дома. В это время я продолжаю работать. Затем я приступаю к приготовлению еды. Ужин для нас — это ритуал, потому что Спайку очень нравится наблюдать за процессом готовки: он нюхает продукты, подходит к столу, на котором я готовлю, и внимательно следит за всем происходящим.

После ужина мы выходим на вечернюю прогулку. Она достаточно продолжительная, но обычно мы просто ходим, не проявляя особой активности. Вечерняя прогулка проходит без второй собаки — сейчас у нас только одна прогулка в день.

Мы выходим на прогулку примерно в 21:30 каждый день и возвращаемся домой. После прогулки я обязательно мою Спайку лапы — это часть гигиенических процедур. Затем следует третье кормление. После ужина Спайк самостоятельно уходит на кровать и ложится спать, а мы спим до утра.

Я безумно люблю свою собаку и мир, который она мне открывает. Большая часть того, что я вижу в этом мире, даже во время прогулок, происходит благодаря Спайку.

Я переживаю очень много, в основном потому, что я эмоциональный человек. Например, волнения вызывает предстоящая поездка в город: как Спайк там себя поведет, будет ли ему комфортно. Однако я быстро беру себя в руки, потому что работа с собакой — это одновременно и работа с моим внутренним состоянием.

Особенно это важно на фоне моей вспыльчивости. Я постоянно совершенствую свои знания и навыки, чтобы гасить переживания в моменте, собираться и четко действовать, обеспечивая нам комфортные и приятные прогулки.

Кроме того, я переживаю о том, что Спайк когда-нибудь станет старым, и это может привести к болям. Никому не хочется видеть свою собаку страдающей. Конечно, всем хочется, чтобы питомцы жили как можно дольше и без боли. Эти переживания у меня сильны, но благодаря изучению информации и знакомству со специалистами они значительно уменьшаются.

Я ищу ответы на вопрос, как обеспечить Спайку старость, проходящую максимально безболезненно, с новыми впечатлениями и положительными эмоциями. Хотя сейчас еще рано об этом думать, мне спокойнее, когда я об этом размышляю и готовлюсь к будущему. Я настроена действовать в моменте и не поддаваться эмоциям.

Я желаю себе и другим владельцам собак не останавливаться перед трудностями, потому что в этом мире можно преодолеть всё. Эмоции, которые захлестывают, можно контролировать, а сложные проблемы, кажущиеся нерешаемыми, — решать.

Желаю всем повышать свои знания, потому что с достаточным запасом знаний легче собраться и действовать в сложных ситуациях.

Желаю классных дней и ярких впечатлений с вашими хвостатыми друзьями.